Марина Безрукова
Из спальни доносились звуки, которые невозможно было ни с чем перепутать. Шумное дыхание, женский вскрик, его сдавленный стон. Я остановилась перед дверью с матовой вставкой, чересчур внимательно разглядывая цветочный орнамент. – Фу-у-ух, солнце. Как же я соскучился. С ума сойти… Хрипловатый смех. – Я тоже. Две недели на сухом пайке. И надо сказать, мне такая диета не нравится. Звуки поцелуев. Стон, шутливое рычание. Снова смех.
– Кто она? – Да какая разница? – он пожал плечами. – Женщина. Женщина… А кто же тогда я? Я не сразу поняла, что задала этот вопрос вслух. Надеялась, что Рома не услышал, но он развернулся и спокойно посмотрел мне в лицо. – Ты? Ну, Юль, ты же понимаешь, теперь ты, как будто не совсем женщина... Как я с тобой буду… – Что? – прошептала я. – Что ты сказал? Рома взгляда не отвел, но и больше ничего не ответил. И я поняла: он не испытывает ни сочувствия, ни жалости, ни...
Перед тем, как окончательно уйти к своей новой любви, Сергей резюмировал: – Ты, Кира, самое глупое существо, какое я видел в жизни. Скучное и предсказуемое. Хоть и имя у тебя необычное. И да, никогда больше не красься в блондинку. Тебе не идет. На этих словах засмеялась Ирка. Она стояла тут же, в тесной прихожей их двухкомнатного царства. Пространства, которое Кира считала домом и крепостью одновременно. Сергей покровительственно улыбнулся и провел рукой по длинной...
– Ну, Ми-и-и-тя! Ну, не дуйся, лапа… - раздался девичий голосок за стеллажом. Голос, который я, кажется, уже сегодня слышала. Капризный. Косящий под девочку. Мне стало интересно взглянуть, с кем это юная нимфа пожаловала в магазин. Неужели с тем самым, кто должен сообщить о разводе своей старой, с кольцами Венеры жене. – Алиса! Но тебе же русским языком доктор сегодня объяснил - тебе нельзя сладкое. Потерпи ты чуть-чуть! Ты что, хочешь навредить ребенку? Меня...
Они лежали на кровати. Ваня и русоволосая женщина. Сплетенные, как корни дерева. Я не помню, как сделала шаг назад. Тихий звук заставил Ивана обернуться. Мы встретились глазами, и я увидела, как по его лицу скользнуло досадливое недоумение. Словно в комнату ворвался курьер с коробками пиццы. – Аня? – он даже не выпустил ее из объятий. – Что ты тут делаешь? Я не ответила. Лавиной скатилась вниз и бросилась в прихожую. Схватившись за косяк, затормозила на секунду и,...
