Единственная для дикого
– Три миллиона где? Я ответила следователю в рифму и он устроил мне допрос с пристрастием, а потом закрутилось: пять лет отношений, мечты о ребенке. А потом он резко охладел, и все пошло наперекосяк. – Серёж, давай разведемся, я так больше не могу, – прошу его, когда он возвращается в три часа ночи домой. – Давай, – вздыхает он, впервые в жизни даже не пытаясь меня остановить.
